Общество

Привычный и нестрашный: Как белорусы приспособились к Чернобылю

27 апреля 2016, 10:45
170
Общество Завтра твоей страны
0
Пока Чернобыль в Беларуси не признают травмой, им не станут заниматься всерьез.

Чернобыльская авария стала болезненным и важным событием для белорусского общества, но процесс конструирования травмы был прерван политической борьбой в 1994 году. С того времени аварию пытаются «нормализовать» – сделать привычной и нестрашной.

За героизацией ликвидаторов аварии, сакрализацией жертв и политическими интересами теряются сами события, из-за чего еще сложнее по-настоящему оценить их масштаб и последствия, считает Алексей Браточкин, руководитель концентрации «Публичная история» Европейского колледжа LiberalArts в Беларуси.

Забытая авария

— Работая со студентами в колледже, я попросил их составить список событий, которые они считают травматичными для белорусского общества в ХХ веке, – говорит Алексей Браточкин. – С удивлением обнаружил, что среди событий, которые не были включены, оказалась авария на ЧАЭС в 1986 году. Это хорошо иллюстрирует социологическую теорию о том, что такое культурная травма.

Любое событие превращается в «культурную травму», важную для всего общества, в результате процесса конструирования, когда общество говорит, что есть виновные и есть пострадавшие, что с этим дальше нужно как-то жить, сделать важные политические и моральные выводы.

В белорусском контексте существует такой феноменом, как травма, процесс конструирования которой не завершен.

— И память о Чернобыле остается только у того поколения, которое тогда непосредственно жило, — говорит Алексей Браточкин.

Завершить процесс конструирования не так просто: изначально катастрофа на ЧАЭС являлась сложным вопросом для советского общества. Дальнейшие события в стране его отнюдь не упростили.

Политические силы начали использовать катастрофу для борьбы за власть. Некоторые, как, например, БНФ, отстаивали идею о том, что Чернобыль был геноцидом для белорусского народа и надо ликвидировать его последствия, одновременно политизируя катастрофу.

С приходом к власти Александра Лукашенко в 1994 году фокус сместился.

— Для него как государственного деятеля и как человека, который пришел к власти в результате борьбы, в том числе с деятельностью БНФ, очень важно было самому получить право на трактовку того, что такое Чернобыль, – считает Алексей Браточкин. – Новые политические силы решили, что, возможно, из этого не стоит делать травму. Хотя бы потому, что нет денег, чтобы преодолеть последствия аварии полностью.

Чернобыль стал частью «нормального»


От ликвидации последствий аварии общество перешло к их преодолению – так считает белорусский исследователь Андрей Степанов.

— Ликвидация последствий подразумевает, что мы полностью их изучили и прилагаем все силы, чтобы с ними бороться. Но также предполагаем, что эти последствия могут быть очень долгими, — комментирует Алексей Браточкин. —  А если мы говорим о преодолении, то происходит смещение смыслов: изначально обозначается, что мы в состоянии их преодолеть. Мы исходим из того, что ситуацию надо объявить нормальной и сделать так, чтобы общество к ней привыкло…  И в скором времени запланировать строительство еще одной АЭС.

Цинична ли сегодняшняя политика?

— Политика Александра Лукашенко – пример парадигмы преодоления последствий аварии, – считает историк. – Является ли такая политика циничной? Это открытый вопрос.

В рамках этой политики видно лишь, что принимаются меры, но хватает ли их – непонятно. Да и в целом ситуация не очень ясна: ведь, по мнению Алексея Браточкина, общество до сих пор в полной мере не имеет доступа к информации о том, что происходило после аварии на Чернобыльской АЭС.

На фоне этого происходят разного рода манипуляции. Например, в 2011 году на выставке в Национальном историческом музее, посвященной 25-летию аварии, одним из центральных экспонатов была картина в духе соцреализма под названием «Герои Чернобыля». Через такие акценты происходит героизация участников ликвидации.

— Но на ее фоне осуществляется прагматичная экономическая политика: государство не имеет достаточно средств для масштабных мероприятий по ликвидации последствий аварии, – говорит Алексей Браточкин. – Но при этом создает впечатление, что делается именно то, что нужно.

Кстати, дискурс выставки, посвященной 30-летию Чернобыля, похож: большая часть экспозиции рассказывает о том, что последствия преодолены.

Другой манипуляцией можно назвать подачу материала в школьных учебниках истории.

—  В учебниках середины и второй половины 2000-х Чернобыльская катастрофа рассматривается как «результат критического ослабления государственной дисциплины во всех сферах жизни общества», — подчеркивает Алексей Браточкин.— Это не анализ причин катастрофы и даже не попытка к нему приступить. Людей просто пугают перестройкой. Свободу, которая была, связывают с техногенными катастрофами.

Последний исследователь Чернобыля был в архиве 5 лет назад

Исследования с комплексным анализом чернобыльской проблематики до сих пор в белорусском контексте отсутствуют. Диссертаций тоже почти нет – это в том числе подтверждают в Национальном архиве. Последний исследователь темы, если верить журналу посещений,  был там 5 лет назад.

Исключением являются академические работы, которые появились в рамках проекта «Политика и общество после Чернобыля в сравнительной перспективе в Беларуси, Украине, России, Литве и Германии», да исследовательские материалы Белорусского архива устной истории.

— А если говорить о публичном пространстве, то тема Чернобыля часто является предметом коллективного умалчивания: все знают, что это было, но проблему стараются не обсуждать, – говорит Алексей Браточкин.

Как исключение он называет книгу Светланы Алексиевич «Чернобыльская молитва».

– А люди, которые действительно травмированы случившимся, не имеют ресурсов рассказать об этом и настоять на том, чтобы их включили в исторический нарратив, — считает историк.

Почему Шабаны – неблагополучный район


— Часто я замечаю, что общество не помнит [о катастрофе], – отмечает исследователь. – Например, вышел роман Альгерда Бахаревича «Шабаны». Шабаны – район в Минске, который считают неблагополучным. Но при этом мало кто обращает внимание на причины: ведь порядка 30тысяч переселенцев оказалось в этом районе и в районе Малиновка.

Это происходило в силу общей тенденции: в Беларуси после 1986 года появился большой поток людей, полностью вырванных из привычного образа жизни.

Насколько они были вписаны в жизнь городов, куда их переселили? На этой проблеме никто не сосредотачивался: ведь в Беларуси о травме начали говорить лишь несколько лет назад. Привычки рассматривать ее с точки зрения общества или работать с ней тем более не сформировалось.

Это свидетельствует не только о том, что без поддержки осталась большая социальная группа людей. Но и о том, что эта группа пока не имеет сил и средств для артикуляции собственных интересов, ее мнение не учитывают в государственной политике и не описывают в учебниках.

— Проблема Чернобыля является жертвой политической борьбы. Из-за этой борьбы многие важные аспекты чернобыльской тематики были вытеснены на периферию, и событие не получило статуса культурной травмы, – считает Алексей Браточкин.

А если белорусы не признают это событие как травму, то не будут иметь потребности искать способы работать с ним.
Без комментариев
Подпишитесь на канал EX-PRESS.BY в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Конвертер

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Общество
Фотофакт. После женского марша начался женский демарш
Общество
«Мы хотим и можем давать качественную связь в любое время. Даже по воскресеньям»». Работники отрасли связи записали видеообращение
Новости Борисова
На футболках игроков БАТЭ появились бело-красно-белые наклейки
Спорт
«Cмолевичи» крупно проиграли «Городее» и вылетели из высшей лиги
Общество
«Фармацевт», «юрист», «журналист»... В Минске проходит Женский марш профессий, есть задержанные
Спорт
БАТЭ - «Витебск» — 3:1 (фото)
Общество
«Да нас просто посадят в тюрьму». Почему белорусские силовики настроены подавлять протест — объясняют они сами и их бывшие сослуживцы
Общество
«Рот КГБ» рассказал, как силовики обманывают Лукашенко и что его сын Коля делал в СИЗО
Новости Жодино
В Жодино задержан экс-директор телеканала «Сфера» (обновлено)
Политика
«Будешь 25 лет без зубов на зоне шить рубашки силовикам»: Мария Колесникова рассказала про угрозы со стороны силовиков
ВСЕ НОВОСТИ