Общество

«Написал, что мне кранты». Что грозит высказавшим свое мнение в сети

Около 200 человек задержаны за комментарии после гибели сотрудника КГБ, сообщили в МВД Беларуси. 

08 октября 2021, 10:03
Общество Настоящее время
0

Практически сразу белорусы, которые высказывались о перестрелке на улице Якубовского в Минске 28 сентября, стали получать угрозы. Некоторые спешно уехали из страны в целях безопасности, сообщает Настоящее время.

Около 200 человек задержаны за комментарии после гибели сотрудника КГБ, сообщили в МВД Беларуси. По данным правозащитного центра «Вясна», задержанных подозревают в разжигании социальной вражды и оскорблении представителя власти. Только одна из этих статей предусматривает наказание до 12 лет заключения.

Кроме того, задержанных заставляют приносить публичные извинения, которые потом распространяет государственная пропаганда. Один из тех, кто оказался в изоляторе за то, что выразил соболезнования семье Андрея Зельцера, — гомельский активист Илья Миронов. Его мать рассказала журналистам, что пока не знает, в чем конкретно обвиняют ее сына.

«В четверг он ушел на суды. В обед мне позвонил на городской и сказал: „Мама, я задержан“. Я еще спрашивала, кто и что, он сказал: „Все потом. Буду в ИВС“. В четверг вечером я пошла, передачку ему отнесла, он уже в ИВС был. А по какому поводу, что и как, никто не знает. Все догадываются, что за пост и комментарии в интернете. Но конкретно я не знаю», — рассказывает Валентина Миронова.

Практически сразу белорусы, которые высказывались о перестрелке на улице Якубовского в Минске 28 сентября, стали получать угрозы. Некоторые спешно уехали из страны в целях безопасности.

Ирина (имя изменено) рассказала Настоящему Времени, что получила угрозы: «Мне поступило сообщение в личку от кого-то мужчины, который не скрывал свою личность. Он в прошлом или сейчас сотрудник МВД — так написано у него на странице. И он написал, что мне кранты и чтобы я ждала визита. В связи с чем — я наблюдала много уже всяких несуразных ситуаций — я решила покинуть Беларусь, о чем нисколько не жалею».

Правозащитники не исключают, что количество задержанных по «делу Зельцера» будет увеличиваться.

«Для того чтобы создать в стране атмосферу страха»

О том, что грозит задержанным по «делу Зельцера» и зачем белорусским властям нужны такие дела, рассказал юрист Павел Сапелко.

— Павел, что реально грозит задержанным по «делу Зельцера»?

— Вполне возможно, что лишение свободы. Эти статьи, которые вменяются им сейчас в вину, предусматривают и такое наказание. Одна из них предусматривает ответственность за оскорбление должностного лица, вторая предусматривает ответственность за разжигание вражды и розни, в том числе по признакам принадлежности к социальной группе.

По этим признакам возбуждают уголовные дела в отношении тех, кто критикует или еще каким-то иным образом негативно отзывается о, как это сейчас считается, социальных группах, сотрудниках милиции, госслужащих, сотрудниках того же КГБ.

— А это что-то новое для Беларуси, когда за комментарии, даже не просто отдельные посты, а именно комментарии к фотографии, например, за это сажают?

— Для Беларуси в последний год стало очень много чего нового, в том числе и такая практика. Да, раньше таких уголовных дел, во всяком случае массовых, не было. Первый такой звонок своего рода был, когда погибли два летчика во время тренировочного полета, и тоже было сказано наказать всех тех, кто негативно отзывается о ситуации в социальных сетях.

Здесь понятно, что такая политика, с одной стороны — это назидание тем, кто пытается выразить свое мнение. А с другой стороны, это явный реверанс в сторону силовых структур, это еще одно напоминание им о том, что власть будет им бесконечно благодарна за поддержку в последний год.

— МВД говорит, что задержано 200 человек, а Следственный комитет говорит — 136. Есть ли понимание, где плюс-минус находятся сейчас 70 человек?

— Есть понимание. Задержания происходили, по нашим наблюдениям, по различным основаниям. Возможно, где-то не было достаточно основания для того, чтобы привлекать в качестве подозреваемого по уголовному делу и тем более избирать меру пресечения в виде заключения под стражу.

А у нас ее можно применять и без предъявления обвинений на срок до 10 дней, по некоторым уголовным делам — до 20. Вот в этом и разница. Третья цифра — это количество людей, признанных политзаключенными, это те люди, имена которых были известны правозащитникам.

— У меня есть следующий вопрос, вы отчасти на него ответили, но тем не менее не могу его не задать. Зачем властям нужны такие дела, именно о комментарии — человек оставил комментарий, — и притом так массово? Они показательные? Носят какой-то личный характер?

— Надо заметить вообще, что эти комментарии были совершенно разными, и они были от достаточно нейтральных — я допускаю, до жестких и выходящих, может быть, даже за пределы таких человеческих понятий о прощении, памяти умерших и так далее. Но за это вообще-то не лишают свободы. Это стандарт свободы слова, за это можно наказать в каком-то другом варианте, в гражданско-правовом, например, смысле.

Я повторюсь, что это делается для того, чтобы создать в стране атмосферу страха, атмосферу, при которой человек будет четко понимать, что все его мысли должны остаться как минимум при нем, а для некоторых будет очевидным, что власть будет поддерживать его, ставшего на сторону властей, до конца, несмотря на то, что его действия тоже будут достаточно сомнительными, как это было в этой ситуации.

Подпишитесь на канал ex-press.by в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Конвертер

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Экономика
Эксперт: Сейчас для тех, кто ищет работу, настало самое выгодное время
Политика
Российский политолог: Возможно, Лукашенко решил послать сигнал Москве о своём недовольстве
Общество
Аналитик: Массовая забастовка не созрела снизу, нет предпосылок у нищих людей рисковать последним куском хлеба
Политика
«Очень похоже, что Лукашенко так и не подготовил трижды согласованные документы, поэтому необходимость в очной встрече у Путина пропадает»
Общество
Очевидцы: в Минске избавляются от объявлений о ношении масок
Политика
Дмитриев: «Коронавирус стал политической темой. Он упростил жизнь всяким исполкомам»
Политика
Павел Усов: «Думаю, Лукашенко за такие слова выставят счет»
Общество
Начальник отдела крупной компании неделю портил транспорт силовиков в Минске
Общество
Историк Александр Фридман: «Мигранты могут стать для Лукашенко бумерангом»
Политика
«Включен режим мести». Штаб Бабарико рассказал о новых витках давления
ВСЕ НОВОСТИ