Политика

Эксперт: Если Минску и будет оказана помощь, то только тайным образом

17 апреля 2013, 19:26
Политика Еврорадио
0
Захочет ли Литва помогать Минску налаживать отношения с ЕС, рассуждает политолог, профессор Каунасского университета Витовта Великого Гинтаутас Мажейкис.

Еврорадио: Принимая верительные грамоты у Чрезвычайного и Полномочного Посла Литвы в Беларуси Эвалдаса Игнатавичюса, Лукашенко заявил: "Рассчитываем, что литовское председательство в ЕС во второй половине 2013-го станет периодом активной нормализации белорусско-европейских отношений". Может ли он действительно на это рассчитывать?

Гинтаутас Мажейкис: Если официальному Минску в этом и будет оказана помощь, то только тайным образом. И, возможно, займутся этим только отдельные представители литовского истеблишмента. Литовская политическая элита очень разная, и у них очень большая разница по различным вопросам. А на официальном уровне будет очень сложно каким-то образом поддерживать режим Лукашенко. С этой стороны для него никаких входов нет. Общественное мнение и левых, и правых практически одинаково очень плохое насчет авторитарного режима Лукашенко. И сложно себе даже представить, чтобы кто-нибудь, какой-нибудь серьезный политик публично высказал мнение насчет не то чтобы поддерживать режим Лукашенко, но даже его окружение. А вот в "теневом режиме", на уровне вторых людей в министерствах, возможны даже очень интенсивные переговоры с обеих сторон.

Но что для нормализации белорусско-европейских отношений дадут, пусть себе и интенсивные, переговоры на таком уровне?

 Прежде всего, они не ухудшат экономических отношений с Евросоюзом. Евросоюз в своих ограничениях всегда пытался отделить визовое преследование так называемого черного списка Лукашенко и отношения со всеми остальными в Беларуси. Речь всегда шла о том, каким образом сделать более активным коммуникацию между Беларусью и Евросоюзом, в том числе — Беларусью и Литвой, на уровне вне "списков невъездных". Чтобы простые граждане, коммерческие структуры, самоуправление, а в том числе и министерства, могли как можно более активно принимать участие в диалоге и коммерческих отношениях.
 
Другое дело, относимся ли мы критически к такому ведению политики — через списки и точечные ограничения. Действуют эти точечные ограничения или можно их обойти? Разумеется, режим Лукашенко пытается их обойти с помощью заместителей министров — это приемлемый уровень, который позитивно воспринимают практически все страны Европы. Является ли это двойной игрой и помогает ли это белорусской оппозиции — сложно сказать. Одно дело, когда об этом говорит Санников, и другое — когда высказывается на этот счет Милинкевич. Кажется, у них противоположные оценки этой коммуникации. Скорее, уровень коммуникации не изменится, но официальный Минск будет добиваться, чтобы этот уровень поднять от заместителей до хотя бы министров.

Лукашенко несколько раз во время встречи посоветовал Литве "избавиться от внешнего давления" по вопросу взаимоотношений с Беларусью. Такое впечатление, что нынешнюю политику в отношении официального Минска Вильне навязывают...

Высказывания Лукашенко требуют перевода — он высказывается на другом языке, нежели язык, официально принятый в Евросоюзе. Дело в том, что Евросоюз не является для Литвы вот уже восемь лет чем-то "внешним". Для нас внешние отношения — с Россией, Украиной и Грузией — теми странами, которые не являются участниками Евросоюза, но сотрудничают с ним с помощью других инструментов партнерства. Возможно, его высказывания надо интерпретировать так, что Литва не должна обращать внимание на Россию, например, когда строит свои отношения с Беларусью! Почему нет? В этом плане я с ним согласен.

 В последнее время официальная Вильня твердо стоит на требовании освобождения белорусским режимом всех политзаключенных. Что может пошатнуть эту твердую позицию?

 Если изменится общее отношение к Беларуси в Евросоюзе. Или если кто-нибудь из литовских политиков не выдержит и скажет что-то вроде того, что "можно смягчить отношение к режиму Лукашенко, если он освободит одного или нескольких конкретных политзаключенных" — начать торг. Лукашенко был бы согласен на такой торг. Но здесь проблема в том, что если еще 3-4 года назад в публичной сфере прибалтийских стран, а может — и Евросоюза, торг через давление и мягкую дипломатию был приемлем, то теперь даже мнения насчет того, чтобы договариваться, чтобы делать мягкие дипломатические шаги с целью помочь тому или иному конкретному заключенному, чтобы торговаться на этот счет — об этом речи нет. Единственное, что при таком раскладе возможно, — если бы он выпустил без каких-либо условий большинство политзаключенных. И сделал это публично.

Подпишитесь на канал ex-press.by в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Конвертер