Политика

Белковский: В этой ситуации закрепиться надолго Лукашенко не сможет. Ему все равно придется пойти на переговоры о мирной передаче власти

Лукашенко придется выпустить из тюрьмы всех своих оппонентов, перейти к парламентско-президентской республике.

13 августа 2020, 07:38
6135
Политика EX-PRESS.BY
0

Известный российский политолог Станислав Белковский в эфире радиостанции «Эхо Москвы» обсудил с ведущим Евгением Бунтманом ситуацию после президентских выборов в Беларуси.

Е.Бунтман: Пришли новости, что президент Франции Эммануэль Макрон говорил с президентом России Путиным, говорили они о Белоруссии. Возможно ли предположить, что Европа воспринимает Путина как возможного медиатора, как посредника в том, чтобы утихомирить Лукашенко и белорусские власти?

С.Белковский: Как заявил Лукашенко в двух последних своих публичных выступлений накануне президентских выборов, а именно в послании парламенту и народу Белоруссии и в интервью украинскому журналисту Дмитрию Гордону, он более всего боится повторить судьбу Януковича, а потому переговоров он категорически не хочет. Другой вопрос, вынужден ли он будет.

Публичные выступления Лукашенко накануне президентских выборов показали, что он более всего боится разделить судьбу Януковича, бывшего президента Украины, сбежавшего из своей страны в феврале 2014 года. Он постоянно упоминал Януковича как анти-пример, при этом подчеркивая, насколько Янукович добрый человек, вот Виктор Федорович больше всего на свете любил его сына, Николая Лукашенко, Колю. И мораль этих заявлений: если будешь добрым, то потеряешь власть.

Поэтому Лукашенко не хочет идти на переговоры ни с кем, естественно, он думает силовым путем дожать ситуацию и сохранить свою власть на неопределённый срок. Потому что переговоры, с точки зрения Лукашенко это именно то, что погубило Януковича тогда.

Е.Бунтман: То есть, нерешительность погубила Януковича?

С.Белковский: Желание спастись путем переговоров с проклятыми западниками и вообще поставить свою судьбу в зависимость от внешних сил, факторов и игроков. Этого Лукашенко делать не хочет. Другой вопрос, сможет ли он устоять в долгосрочной перспективе.

Е.Бунтман: Какова позиция Европы, насколько решительно ведет себя Европа, решительнее ли, чем в 2014 году, в январе, или нет?

С.Белковский: Нет, не решительнее, конечно. Потому что Европа не признала Светлану Тихановскую президентом, например. То есть, она не признала результаты параллельного подсчета голосов и независимых экзитполов реальным выборам президента Белоруссии.

Е.Бунтман: Но и не поздравила Лукашенко с победой.

С.Белковский: Ну, еще не хватало. Пока Европа ведет себя достаточно аморфно и расплывчато, решительнее ведут себя страны Балтии. Которые, по словам литовского президента, подготовили план урегулирования, первым пунктом которого являются новые досрочные президентские выборы.

Е.Бунтман: Как это случилось, почему страны Балтии настолько активны сейчас? Понятно, что у них самостоятельная внешняя политика, а не только политика Евросоюза, но почему?

С.Белковский: Они вообще очень чувствительны к тому, что происходит в сопредельных странах в смысле возможного установления полноценной и полноформатной диктатуры в Белоруссии, в частности. Также нервно и остро они реагировали на события в Украине во время обеих революций, 2014 и 2013-2014 годов. Ну и, кроме того, существует и исторический контекст – мы знаем, что новое поколение белорусов считают «Золотым веком» в своей истории Великое Литовско-русское княжество, которое существовало на территории нынешних Белоруссии, Литвы, где, кстати, православие было официальной религией и практиковался русский язык.

И именно поэтому в нашей советской школе про Литовско-русское княжество ничего не рассказывали, потому что нельзя было допустить их сравнение с путем Московии и дальнейшим установлением Российской империи.

Е.Бунтман: Режим Лукашенко изменился как-то? Выборы 2015 года, через год после Майдана, прошли довольно спокойно. Не было ни массовых выступлений многотысячных. Более того, Европа после 2015 года смягчила по большей части санкции против Белоруссии, что произошло за эти 5 лет?

С.Белковский: В 2015 году все это происходило после аннексии Россией Крыма и начала войны в отдельных районах Донецкой и Луганской, областей, более того, самых острых событий той войны. И тогда главной угрозой было поглощение Белоруссии со стороны России. Эта угроза была. Поэтому внутренние проблемы страны не так волновали активную часть населения, к тому же еще некоторая часть новых поколений не вступила в политическую жизнь.

Е.Бунтман: В какой-то мере тогда Лукашенко казался гарантом независимости от России.

С.Белковский: Да, его поведение казалось единственно правильной моделью реакции на то, что произошло в Украине в 2014 году с участием России. Соответственно, сейчас просто усталость от Лукашенко стала очень большой, почти смертельной, и уже никакие факторы не могут купировать это чувство усталости, особенно активной части белорусов.

То есть, модель, которую реализовывал Лукашенко на протяжении всего своего пребывания у власти, такого островка Советского Союза в отдельно взятой постсоветской стране, всем надоела и более не кажется эффективной.

Е.Бунтман: Но тоже странно – тогда не надоела, а сейчас надоела. И в 2010 не так надоела как в 2020.

С.Белковский: Это как реакция на любое лекарство, а также любое вредное вещество — а существует понятие кумулятивный эффект, — сначала не надоедает, а потом надоедает. Еще раз подчеркну, что в 2015 году приоритетным был вопрос сохранения независимости Белоруссии. И Лукашенко, хотя этот вопрос был надуманным, российские танки не собирались входить на белорусскую территорию, но Лукашенко очень технично эту карту разыграл.

Он пытался разыграть ее и сейчас, только не получилось. Никто не поверил в историю с 33 «вагнеровцами», которые якобы планировали переворот по указке из Москвы.

Е.Бунтман: А почему сейчас не получается, что стало триггером этого протеста? Вещи, которые он наговорил про коронавирус, или осознание излишней прямоты?

С.Белковский: Накопилась критическая масса неприятия правителя, который 26 лет находится у власти. Белоруссия по своей ментальности и по инфраструктуре в общем весьма готова к евроинтеграции, больше готова, на мой взгляд, чем уже получившая соглашение об ассоциации с Евросоюзом Украина. Молдова и Грузия. Но правление Лукашенко делает эту перспективу невозможной. Поэтому активная часть населения Белоруссии с этим категорически не согласна.

Кроме того, если действительно верны данные альтернативного подсчета голосов и независимых экзитполов, согласно которым Тихановская как антилукашенковская… то есть, не сама по себе, — Лукашенко получил «черных шаров» 65-75%, — ну, люди же знают, за кого они голосовали и против кого. И это не может не консолидировать протест, независимо от каких-либо привходящих обстоятельств.

Думаю, что поведение Лукашенко было, конечно, одним из триггеров ситуации, но не главной причиной того, что происходит. Тем более что, как говорит начальник издания «Медуза» Галина Тимченко, «наше любимое занятие — читать жопой», простите за слово.

Мы почему-то думаем, что в Швеции правительство спасало экономику, а не жизни людей – у нас есть такая ложная дихотомия, чем занимались правительства во время эпидемии. В Швеции не спасали экономику, она все равно обречена была упасть из-за того, что это экспорто-ориентированная экономика, и в связи с закрытием Евросоюза падение ее было неизбежным. В Швеции спасали привычный образ жизни людей, в том числе свободы и права человека, о чем шведы неустанно заявляли, только никто их не слышал.

Так вот в Белоруссии случился перебор по части игнорирования коронавируса. Там проводились массовые мероприятия, которые в Швеции не проводились. Причём, проводились нарочито и вызывающе и никак с защитой гражданских прав и свобод это связано не было.

Е.Бунтман: Заявления Лукашенко, то, что он артикулировал, по всей видимости, только подлило масла в огонь.

С.Белковский: Конечно. Потому что было видно, что это правительство находится в другой реальности, на самоизоляции и карантине давно, как очень часто бывает с авторитарными лидерами, находящимися у власти очень долго. Пожалуй, бывает почти всегда.

Е.Бунтман: Еще про международную реакцию — вялая реакция официального Киева, с чем связана? На мой взгляд, вялая, может быть, вы не согласитесь.

С.Белковский: Никто не хочет и никогда не хотел ссориться с Лукашенко, поскольку белорусский лидер всегда бегал между стульями — он, собственно, не признал российским Крым и не поддержал Россию во время боевых действий на Донбассе, он тогда, в 2014-2015 солидаризировался во многом с Украиной. В недавнем интервью Дмитрию Гордону он заявил, что если бы он был президентом Украины, Россия бы никогда Крым не взяла.

Он неформально дружил со многими украинскими президентами, начиная с Ющенко, — не случайно его поддержал Роман Бессмертный, который, хотя и считается вполне либеральным украинским политиком – он был послом Украины в Белоруссии во времена Ющенко и через него шли определенные конфиденциальные контакты, идеологом которых, кстати, был покойный Березовский, в то время прижатый Лукашенко к любящей груди.

Лукашенко всегда не любил Путина и всегда искал способы выстраивания каких-то коалиций против него, но опять же, как двоечник дергает девочку за косичку — не чтобы окончательно разругаться с Москвой и Кремлем, а чтобы создать дополнительные рычаги давления и получить в решающий момент от Москвы определенные уступки и сдать всех тех, с помощью которых он создавал эти рычаги давления.

Поэтому, с одной стороны, вдрызг ругаться с Лукашенко Киев не собирается, с другой стороны, Зеленский как лидер страны, идущей в Евросоюз, не может признать происходящее в Белоруссии ее абсолютно внутренним делом и проявлением торжества права и справедливости.

Е.Бунтман: То есть, не следует ожидать от Украины более яркой солидарной реакции с протестующими.

С.Белковский: Позиция Украины будет во многом определяться официальной точкой зрения США и Германии. Посмотрим. Пока точка зрения США и Германии умеренная, Украина уж точно не будет бежать впереди паровоза.

Е.Бунтман: Но даже у Германии осуждения больше в высказываниях официальных дипломатов, чем у Украины.

С.Белковский: Украина больше зависит от региональной ситуации, в Белоруссии в частности. Еще раз подчеркну, что полностью ругаться первым с Лукашенко президент Зеленский точно не будет. Он исходит из предположения, что Лукашенко остается белорусским лидером еще на неопределенный срок и ему еще с ним детей крестить.

Е.Бунтман: Ваше общее ощущение от происходившего в последние три дня, какое? С одной стороны, это ультра-насилие, несравнимое с тем, что происходило на Майдане, значительно более агрессивные и жестокие силовики. С другой стороны, мирный, безоружный протест белорусских граждан, — за очень редким исключением, что это сейчас и чем это может кончиться?

С.Белковский: Майдан был мирным, но безоружным в 2004 году, в 2013-2014 там, вы помните, была кровавая мясорубка, погибли больше ста человек – мы сейчас не будем отвлекаться на то, как и почему это произошло, но все это было довольно жестко.

Ясно, что Лукашенко видит залог своего политического выживания сейчас в предельной консолидации усилий силовиков и максимальной жесткости. А сам протест, как и следовало ожидать, он сетевой, а не иерархический и безлидерный. В этом смысле отбытие Тихановской в Литву ни на что качественно не повлияло, а даже наоборот, на мой взгляд, явилось одним из стимулов активизации протеста, поскольку было ясно, что Тихановская совершила свой шаг под жестким давлением и это очередной этап абсолютно некорректного поведения Лукашенко по отношению к своему народу.

Собственно, Тихановская не была вождем оппозиции, она была просто эмблемой протеста, поскольку более актуальные кандидаты в президенты оказались в тюрьме и вот она и выдвинулась на эту позицию. Но сам протест вызван вовсе не ею, не стремлением поддержать именно ее как кандидата в президенты, а неприятием Лукашенко и объективным концом его эпохи в белорусской политике и истории.

Е.Бунтман: Дальше что будет? У нас может быть несколько вариантов, эфемерных вариантов – один вариант: протест подавляют, всех сажают в тюрьмы, избивают, убивают, масса раненых и погибших, что дальше при таком варианте?

С.Белковский: При таком варианте остается конфронтация между очень значительной частью белорусского народа, а также 100% активной части белорусского народа. Тем более, Лукашенко на заседании Совета безопасности уже обозначил возврат к приоритетам экономической политики 2002-2004 годов, борьбе с тунеядством, видимо, прекратится вольница в развитии IТ в Белоруссии, что было значительным преимуществом нескольких последних лет минувшего десятилетия. Будут вводиться ограничения на труд белорусов за границей.

В общем, будет ужесточаться режим и ему будут противостоять все те люди, которые голосовали против него на выборах, а это, если верить определенным данным подсчетов, больше 50% населения.

И в этой ситуации закрепиться надолго, навсегда, Лукашенко не сможет. Ему все равно придется пойти на переговоры о мирной передаче власти, но когда, — наверное, это может предсказать только профессор Валерий Дмитриевич Соловей, который накануне заявил, что только председатель КНР Си Цзиньпин удержал Путина от ввода войск и аннексии Белоруссии.

Е.Бунтман: Вот как? Но по всей видимости, еще и большая проблема следующего порядка – Лукашенко не сможет мирно передать власть Николаю Александровичу Лукашенко.

С.Белковский: Да, к сожалению, нет. Потому что если все же Лукашенко решит когда-то мирно передавать власть – а такое бывает, ведь в 1981 г. Войцех Ярузельский в Польше ввел военное положение и интернировал всех своих оппонентов, а в 1989-90 гг. все-таки мирно передал власть — конечно, с горечью в сердце, но некуда было деваться.

Конечно, Лукашенко придется выпустить из тюрьмы всех своих оппонентов, перейти к парламентско-президентской республике и правительству с участием своих собственных оппонентов, и Николай Александрович уже президентом не будет.

Собственно, в современном мире невозможно себе представить, чтобы белорусская модель, которую Лукашенко утверждал на протяжении большей части своего правления, жила бы долго. То есть она в колоссальной степени зависима от прямой финансовой поддержке России, одной-единственной страны, которая закачала только за Лукашенковские годы в белорусскую экономику более 100 миллиардов долларов в обмен на очень нетривиальное союзничество.

Е.Бунтман: Ну как – недолго? — 26 лет. Почему бы еще 10 лет не существовать этой модели?

С.Белковский: У этой модели нет ресурса, они исчерпаны. Россия больше не будет закачивать деньги в таком количестве. Хотя, конечно, несмотря на все субъективные разногласия с белорусским лидером и его психологическое неприятие со стороны Путина, для российского президента любые майданные варианты категорически неприемлемы, так что в нынешней ситуации он Лукашенко поддерживает, хотя бы скрипя зубами и скрепя сердце.
Но такого пиршества духа не будет, как прежде. Это значит, что Белоруссия все равно обречена на реформы, а проводить их Лукашенко не в состоянии даже психологически. В данной ситуации Лукашенко помешан на том, чтобы силовым путем удержать власть.

Е.Бунтман: Возможно ли, если ему удастся удержать власть силовым путем, который уже выбран, Лукашенко будет сговорчивее на переговорах с Россией?

С.Белковский: За 26 лет это происходило много раз. В течение какого-то времени будет сговорчивее, но Кремль ему не доверяет категорически и катастрофически. Когда в интервью Гордону Лукашенко говорил, что Путин никому не доверяет, то с точки зрения психологии бессознательного в переводе с лукашенковского на русский это означало: «не доверяю я Путину, а Путин мне». Поэтому там, где нет доверия, не может быть никакого стратегического альянса. Могут быть только тактические инъекции, какое-то хлопанье по плечу. Но опять же, история с «вагнеровцами», например, этому никак не способствовала, поскольку российские граждане оказались разменной монетой в игре, явно не согласованной с Москвой.

Е.Бунтман: Это же ключевой вопрос в отношениях так называемой «Минской группы» — Украина просит выдать «вагнеровцев», Россия, естественно, не хочет, чтобы их выдавали – что с ними делать?

С.Белковский: Думаю, что «вагнеровцев» Лукашенко все-таки не выдаст Украине, поскольку для него это было бы сейчас очень рискованно. Опять же, он оказался в ситуации. Когда Россия самый надежный для него партнер, пусть и очень нестабильный. Кстати, российская либеральная оппозиция, либеральные критики Путина сейчас начали поддерживать Лукашенко — вот Соловей заявил, что Си Цзиньпин спас Белоруссию от российской аннексии, а Пионтковский, весьма заслуженный политолог, заявил, что Валерий Цепкало приедет в Минск на российских штыках. Мы знаем, что Цепкало — это основатель парка белорусских высоких технологий, находящийся ныне в бегах, который сегодня публично призвал к созданию «Фронта национального спасения».

Поэтому, думаю, что и через определенные круги российской либеральной оппозиции так называемой, не побоюсь этих слов – «так называемой» — Лукашенко разыгрывает эту карту, что «если не я, не хотите подчиняться своему диктатору, будете подчиняться чужому» — это открытым текстом сказала в вашем эфире Ксения Собчак.

Е.Бунтман: Ну и еще КПРФ открыто и всем сердцем, как всегда искренне, поддерживает Лукашенко.

С.Белковский: Здесь как раз коммунистов упрекнуть не в чем, поскольку они всегда апеллировали нео-советской модели, она близка к тому, что проповедует Зюганов и его соратники для России, поэтому их позиция не изменилась в этом смысле.

Е.Бунтман: Ну и ультра-насилие не пугает.

С.Белковский: ВЧК держалось на насилии 70 лет.

Е.Бунтман: История со Спиваковым — что это?

С.Белковский: Владимир Спиваков никогда не был врагом кровавого режима, но видимо посчитал, что в этой ситуации вопросы репутации для него важнее, чем лояльность со стороны белорусского лидера. Несмотря на орден Франциска Скорины, который ему вручил Лукашенко, сделал достаточно жесткое и недвусмысленное антилукашенковское заявление.

Е.Бунтман: Мы много говорили о том, как видит Лукашенко для себя происходящее. А можно предположить, что сейчас происходит в голове у Путина, когда он на это смотрит? Это злорадство, тревога, сочувствие Лукашенко? Какое чувство доминирует?

С.Белковский: Доминирует чувство спокойствия, потому что Россия первой в мире изобрела вакцину от коронавируса, а это сопоставимо с искусственным спутником Земли, полетом Гагарина – не случайно вакцина назвали «Спутником» в честь того спутника, а «V» — видимо, это «Виктори», знак победы.

Е.Бунтман: Наверняка. Никто не может разгадать это «V», но мне кажется, что это так. И это главное – он снова может претендовать на величайшую гуманитарную роль в мире и может быть на Нобелевскую премию по медицине, раз Нобелевскую премию мира получить не удалось, особенно после Крымских событий 2014 года.
А Лукашенко – ну, с ним итак все было ясно. И Путин не переживает по этому поводу. Он считает, что Лукашенко власть удержит, поскольку пример Януковича неудачный у всех перед глазами. А если он ее удержит силой, то это резко усугубит его зависимость от Москвы – ну и слава богу.

Е.Бунтман: То есть, цинично, со всем возможным цинизмом смотрит на все это.

С.Белковский: Если бы Путин оказался на моем месте, тогда он сказал бы «Кто бы говорил о цинизме, но только не Лукашенко, который нас разводил и кидал 26 лет подряд.

Е.Бунтман: Ну а про эмпатию тут не приходится говорить?

С.Белковский: Путин больше предпочитает домашних животных в этом смысле, чем президента Республики Беларусь.

Е.Бунтман: Я предложил вам рассмотреть вариант, при котором Лукашенко и его силовой вариант безоговорочно побеждает. А если произойдет обратное?

С.Белковский: Обратное произойдет в том случае, если случится некое предательство элит. Против которых заклинал Лукашенко в своем послании к народу и парламенту во Дворце республики за несколько дней до выборов. Если силовики перестанут выполнять его приказы, и повернут оружие против него самого, тогда – да.

В противном случае Лукашенко удержит контроль над страной, но конечно, ценой утраты последних остатков репутации вменяемого лидера и окончательно превратившись в нерукопожатного человека в Европе, что, наверное, для него все-таки меньшая цена, чем потерять власть. К уходу от власти он совершенно точно не готов и именно с этим связаны такие назойливые упоминания о Януковиче в последнюю неделю перед выборами.

Один из соратников Януковича на днях заявил, что в России Янукович, когда выходит на улицу, он загримирован до неузнаваемости, потому что боится, что его кто-то узнает и набьет ему морду, несмотря на внушительную охрану. Вот такого сценария Лукашенко точно собирается избежать любой ценой.

Другое дело, что примириться уже с большинством белорусского народа он тоже не сможет. И поэтому эта ситуация не так надолго. Исторический тренд, безусловно, против него.

Е.Бунтман: Но если выходят тысячи и уже сотни тысяч, наверное, невозможно давить танками сейчас, в 2020 году, в центре Европы, или все-таки возможно?

С.Белковский: Почему? — возможно. Уже боевые заряды использовались в Бресте. Нет, если угроза власти Лукашенко станет реальной, он пойдет на все. Тогда еще, в 2014 году, оплакивая Януковича он говорил, что он, если что, даже один выйдет с автоматом и будет отстреливаться, и я не уверен, что это была просто метафора.

Обсудить в чате
Подпишитесь на канал EX-PRESS.BY в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Конвертер

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Политика
Евгений Липкович: «губопики» (как их называют в народе) — новая фигура беларуской политической колоды
Политика
Впервые власть должна догонять, - эксперты о заявлениях Олехновича, Ковальковой и Латушко
Спорт
Хоккеисты минского «Динамо» проиграли московским динамовцам, дважды пропустив в пустые ворота
Экономика
Романчук: Беларусь вступила в длительный кризис, ситуация как в конце 80-х в СССР
Общество
Главред «Трибуны» — потенциальным участникам «мегамитинга»: Не отказывайтесь от поездки в столицу. А приехав, просто идите туда, куда велит сердце
Общество
Ад спецназаўца, які трапіў на векапомнае фота, сышла жонка: «Я стамілася»
В мире
НТВ о Лукашенко: Россия не хочет давать деньги тем, кто не выполняет обещания
Политика
Добровольский: Штаб Тихановской не настаивает на том, что Лукашенко «должен уйти немедленно»
Культура
Телеведущий Дмитрий Кохно, ушедший с БТ, стал ведущим шоу «Холостяк» на ТНТ
Технологии
«Уполномоченные государственные органы» нанесли серьёзный удар по телекоммуникационному бизнесу в Беларуси
ВСЕ НОВОСТИ