Политика

Экс-дипломат: Когда у вас нет послов из десятков самых развитых и могущественных стран мира — это изоляция

Павел Слюнькин — о выезде посла Франции и белорусско-европейских отношениях.

19 октября 2021, 03:53
Политика gazetaby.com
0

Беларусь покинул посол Франции Николя де Лакост. Дипломат прибыл в нашу страну в скором времени после событий августа-2020. Господин де Лакост вручил верительные грамоты министру Макею, но отказался сделать это в отношении Александра Лукашенко, что и стало причиной выезда. В Минск, в свою очередь, из Парижа отозван представитель нашей страны во Франции Игорь Фисенко.

«Филин» поговорил с экс-дипломатом, аналитиком Европейского совета по международным отношениям (ECFR) Павлом Слюнькиным об этом случае, а также белорусско-европейских отношениях в целом.

– Павел, как бы оценили ситуацию с послом Франции Николя де Лакостом, который был вынужден уехать из Беларуси?

– Есть установленные дипломатические правила, и они не то, что нерушимы, но вполне себе общеприняты: посол приезжает — и официально его дипломатическая деятельность начинается с момента вручения верительных грамот руководителю государства.

Посол Франции фактически не вступил в должность, потому что вручение грамот так и не состоялось. Почему так произошло? Кажется, достаточно очевидным, что французская сторона уклонялась от такого шага. А официальный Минск в результате попросил посла покинуть Беларусь.

Лукашенко считает себя президентом Беларуси: если вы не хотите ему вручать грамоты, то и не можете представлять свою страну здесь. С точки зрения международной дипломатической логики, все прозрачно и очевидно. В каком статусе для де-факто белорусских властей находится в Минске посол Франции, если он не вручил верительные грамоты?

А с точки зрения Франции, Лукашенко не является легитимным президентом, потому они ему и не вручают грамоты. Другим финал этой истории, при нежелании обеих сторон уступать, вряд ли мог быть.

Временное решение было найдено, когда посол вручил копии грамот министру Макею, но постоянным оно быть априори не могло. Видимо, у белорусской стороны закончилось терпение, и она решила, что у Франции было достаточно много времени, чтобы определиться, готов ли ее посол вручить грамоты Лукашенко или нет. Французы, как теперь уже понятно, оказались не готовы.

Во всей этой ситуации мне кажется более важным ее прецедентный характер. Это первый подобный случай с европейцами в контексте непризнания легитимности Лукашенко. И именно этот случай будет служить примером в будущем для других стран.

Эстония сейчас стоит перед схожим выбором – присылать сюда нового посла или нет. И я уверен, что эстонцы будут равняться на позицию их французских коллег. Можно сказать, французы здесь задали определенный тон другим странам ЕС.

– Может ли так случится, что в Минске не останется послов стран Евросоюза, а в Европе белорусских?

– Все зависит от сроков каденций дипломатов. Белорусскому кризису год. Если незадолго до его начала в страну приехали послы европейских государств и успели вручить грамоты Лукашенко, то в теории их каденция может длиться четыре года. Полное отсутствие европейских послов может произойти, но в реальности для нее нужно очень много времени.

Если, конечно, стороны не будут заниматься высылкой дипломатов, как это произошло с Литвой и Латвией.

Важно понимать, что посол во многом является фигурой символической. Человеком, который помогает развитию отношений между странами, или, благодаря своему политическому весу, может быстро доносить информацию руководству своей страны. Но что касается ежедневного функционала, то большой разницы – возглавляется ли посольство послом или временным поверенным в делах – нет. Особенно в такой период отношений, который мы сейчас наблюдаем у Беларуси и Евросоюза.

Проводили ли европейские послы встречи с кем-то из руководства Беларуси за последний год? Мне кажется, что такие встречи можно по пальцам пересчитать. Писать аналитические документы, обеспечивать консульскую деятельность и т.д. загранучреждения могут вполне эффективно, даже если их возглавляют временные поверенные. Тем более, когда двусторонние отношения находятся в таком глубоком кризисе.

– А почему Беларусь уже год не назначает своих послов в страны ЕС?

– Мы не знаем, пробует ли белорусская сторона назначать своих послов. Помните, была информация, что пресс-секретаря МИДа Анатолия Глаза пытались согласовать послом в Италию, но агреман (согласие принимающей стороны) так и не был получен. Возможно, это не единичный случай.

Не имея полной информации, очень трудно делать какие-то выводы. Я допускаю, что белорусская сторона делала или делает такие запросы. Или что после возможных отказов перестала их направлять.

В любом случае, очевидно, что этот процесс очень осложнен, так как текущий уровень отношений не способствует назначению новых послов. Да, мне кажется, и сам Лукашенко не очень склонен назначать новых дипломатов в Европу. Потому что, какой смысл это делать сейчас?

Сейчас у стран, послы которых будут уезжать по мере окончания каденции, диппредставительство будет оставаться на уровне временного поверенного.

Вряд ли и белорусская сторона после кейса с французами будет соглашаться принимать у себя послов без четких гарантий вручения верительных грамот Лукашенко. Но европейская сторона тоже будет это хорошо понимать.

– Какие последствия будет иметь это снижение дипломатического представительства с обеих сторон?

– Если рассуждать стратегически, то ничего хорошего в этом нет. Дипломатия — это то, что позволяет развиваться двусторонним отношениям. Это признак хорошего тона, когда между странами налажены функциональные и эффективные дипломатические отношения.

И чем больше штат посольства, тем эти отношения, как правило, лучше.

Когда у вас нет иностранных послов десятков наиболее развитых и могущественных стран — это говорит об изоляции. Если у тебя нет посла США, нет послов стран ЕС, то о какой многовекторной политике вообще можно говорить?

Уровень диппредставительств — как лакмусовая бумажка, которая показывает отношения с другими странами, в данном случае, с западным миром.

Но даже если бы эти послы здесь присутствовали, насколько они в состоянии здесь сейчас что-то изменить? Далеко не послы задают логику и атмосферу белорусско-европейским отношениям сегодня.

В краткосрочной перспективе, я бы не сказал, что это как-то серьезно меняет нынешнее положение дел в худшую сторону.

– Вопрос обширный, но попрошу вас ответить коротко: как бы охарактеризовали состояние белорусско-европейских дипломатических отношений?

– Они нефункциональные и кризисные. В Беларуси внутренний политический кризис и кризис отношений с западным миром. И дипломатические отношения также в кризисе, который будет продолжаться до тех пор, пока не найдется новый формат отношений или не будут решены базовые противоречия между сторонами. Пока логика эскалации кризиса не будет сменена чем-то другим.

– При Александре Лукашенко это может произойти?

– Это еще более широкий вопрос. Понимаете, многое зависит от того, как будет развиваться внутриполитическая ситуация в Беларуси, как будет развиваться региональная ситуация.

Тут очень много вариантов. Давайте представим, что происходит эскалация российско-украинского кризиса, и российские войска начинают наступление дальше на Украину. Или, например, какие-то столкновения в странах Балтии.

Будут ли европейские страны и США дальше придерживаться позиции о непризнании Лукашенко в таких условиях, или пересмотрят свою позицию, исходя из изменившейся ситуации? У меня нет точного ответа на эти вопросы.

Государства и их правительства в первую очередь придерживаются своих национальных интересов. Кардинальное изменение ситуации в регионе может привести к тому, что и позиция некоторых государств по ситуации в Беларуси может измениться. Соответственно, и отношение к режиму Лукашенко может быть пересмотрено.

Или представим, что Лукашенко выпускает всех политзаключенных, протестов против него нет, он предлагает возвращаться европейским послам и делает еще ряд шагов навстречу западным партнерам. Будут ли европейцы в таком случае и дальше вводить санкции, настаивать на нелегитимности и требовать проведения новых свободных выборов? Сложно сказать.

В 2010 году они настаивали на реабилитации политзаключенных, и это было одним из условий для нормализации отношений. Но случился украинский кризис, Лукашенко существенно уменьшил количество репрессий, и про то условие благополучно забыли.

Точно так и сейчас могут забыть об условии, выполнить которое будет просто нереалистично. Или не забыть, а, например, отложить на время. За этот период Лукашенко сумеет провести внутренние трансформации в Беларуси, уйти на другой пост, что может также устроить европейцев.

Я бы сказал так. Такой сценарий сейчас кажется маловероятным, но полностью его исключать нельзя.

gazetaby.media

Подпишитесь на канал ex-press.by в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Конвертер