Политика

«Он с ужасом понял, что не может уйти». Валерий Карбалевич — о Лукашенко как заложнике системы

Опыт ухода Нурсултана Назарбаева в Казахстане стал для него весьма поучительным.

Политика ex-press.by
0

В авторитарных странах нет легального механизма перехода власти от одного правителя к другому. И ситуация властного транзита в таких случаях, как правило, вызывает политический кризис, пишет Валерий Карбалевич на Радио Свобода.

Лукашенко боится уходить, так как его существование после ухода выглядит проблематичным.

Если наблюдать за поведением руководства Беларуси в последнее время, то внешне они выглядят немного странными. Кажется, мы видим какие-то спонтанные, лихорадочные броски в разные, иногда противоположные стороны. То Владимир Макей на Генассамблее ООН стремится навести мосты с Западом. То вдруг Лукашенко едет в Абхазию, стыдливо капитулируя перед Путиным. Объединяет эти действия стремление к политическому выживанию во внешних политических условиях, которые становятся все более экстремальными. Российские военные поражения в Украине, скандальная мобилизация в РФ демонстрируют слабость основного союзника, шаткость опоры, на которую Лукашенко поставил всю свою политическую судьбу. Кажется, именно этот вопрос волнует его сейчас больше всего. О чем он сам и говорит. Важно только внимательно слушать.

23 сентября, во время посещения мемориального комплекса «Хатынь», Лукашенко, общаясь с журналистами государственных медиа, выдал очень интересную реплику:

«Когда говорят: "Вот Лукашенко, сколько он там будет..."Слушайте, да мне это уже надоело. Я уже не знаю, за счет чего я вообще... Это же скоро 30 лет: и днем, и ночью ты всегда на стреме. А с другой стороны, думаю: "Ну хорошо, хорошо. Плюнул, пошел. Никто в меня камень, по большому счету, не бросит“. А что будет с вами? И где гарантия, что... Ну ладно, мы приведем к власти (у нас еще хватает) нормальных людей. А где гарантия, что они удержат эту власть? Где гарантия? Гарантии нет. И тогда с вас начнут медленно, снизу вверх или сверху вниз, кожу лупить. И я, если буду жив, как я буду жить? Или дети мои — меня не будет, как они будут жить? Они же все рядом со мной, в строю».

В этом сюжете очень много информации.

Вряд ли стоит долго останавливаться на опровержении тезиса, что власть ему «опостылела». Это мы слышали много раз. Правда, почему-то он не хочет никому отдавать эту власть уже скоро 30 лет.

Но в этой реплике есть и другие интересные слои. После протестов 2020 года, полагаю, у него появилась мысль, что стоит думать об уходе. Он об этом публично говорил (мол, «засиделся»), смутно обещал досрочные президентские выборы. Скорее всего, это не только попытка ввести в заблуждение публику. Полагаю, он об этом всерьез задумывался.

Но вот здесь и начинается самое интересное. После долгих размышлений он с ужасом понял, что не может уйти, даже если бы хотел. Думаю, опыт ухода Нурсултана Назарбаева в Казахстане стал для него весьма поучительным.

Сначала он пытается апеллировать к интересам своих соратников, в данном случае — провластных журналистов: «а что будет с вами?.. Тогда с вас начнут медленно, снизу вверх или сверху вниз, кожу лупить».

Но потом отбрасывает маскировку и прямо говорит о себе и своей семье:

"Где гарантия? Гарантии нет... И я, если буду жив, как я буду жить? Или дети мои — меня не будет, как они будут жить?»

В демократических странах политики, покидающие власть, мало беспокоятся о своей безопасности. Так как действуют в условиях правового государства, их деятельность контролируется системой сдержек и противовесов. А здесь в Беларуси за 30 лет Лукашенко столько всего наворочал, что существует огромное количество людей, даже в среде номенклатуры, которые захотят с ним поквитаться. И он это хорошо понимает.

В авторитарных странах нет легального механизма перехода власти от одного диктатора к другому. И ситуация властного транзита, как правило, вызывает политический кризис. Даже назначение преемника ничего не гарантирует. Поэтому он и говорит: «Ну ладно, мы приведем к власти (у нас еще хватает) нормальных людей. А где гарантия, что они удержат эту власть?»

Здесь проблема не только в том, удержит ли преемник власть. Не менее важный вопрос: Можно ли верить преемнику, будут ли действовать данные им гарантии? Здесь снова всплывает опыт Казахстана. И действительно, в этом вопросе никто никаких гарантий дать не может. Преемник через какое-то время уйдет в отставку, любой закон, даже Конституцию, можно поменять.

То есть Лукашенко стал заложником той системы, которую сам и создал. Поэтому он не может уйти еще и по этой причине, а не только потому, что беззаветно любит власть.

Не случайно в новой Конституции появился новый орган власти — Всебелорусское народное собрание, которое сам Лукашенко и планирует возглавить. И в таком случае он станет гарантом сам себе. Вот только такому гаранту он и может поверить. Но и здесь не все так просто. Вот Назарбаев возглавлял и Совет безопасности, и правящую партию. Сильно ли это ему помогло?

Вот и страдает человек в сомнениях. Это его личная трагедия. Но одновременно, к сожалению, и трагедия всего белорусского народа.

Подпишитесь на канал ex-press.by в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Темы:
Лукашенко
Назарбаев
авторитарный режим
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter