Технологии

«Айтишники еще малой кровью отделались!» — гендиректор BelHard о ПВТ и массовом переходе белорусов на аутсорс

Кризисный 2020 год в Беларуси стал тяжелым даже для ИТ-сферы.

19 февраля 2021, 19:55
1443
Технологии probusiness.io
0

Кризисный 2020 год в Беларуси стал тяжелым даже для ИТ-сферы. Но герой материала probusiness.io уверен, что «все отделались малой кровью, потери — не такие уж страшные. Все могло быть гораздо хуже…» Гендиректор компании BelHard Игорь Мамоненко рассказал «Про бизнес» о том, как компания пережила кризис и почему он решил возрождать проект «ИТ-страна», который продвигает еще с 2008 года.

Belhard 1

Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

Игорь Викторович встречает нас в новом офисе компании в переулке Ломоносова (Минск). Теперь у BelHard есть отдельное здание, в котором все, по словам гендиректора, «как дома». В подтверждение своих слов он накрывает стол в приемной, лично готовит для всех кофе и угощает мандаринами.

— Игорь Викторович, как вам на новом месте? Обжились?

— Да, одно из главных событий для BelHard за 2020 год — это переезд. Наш офис много лет располагался на улице Мельникайте. Сначала мы занимали почти все здание, потом «ужались» до нескольких этажей. Но по многим причинам команде работать там не нравилось: здание давно требовало масштабного ремонта, были проблемы с парковкой, стройка вокруг создавала массу проблем.

А со временем изменилось и представление о том, что такое комфортное рабочее пространство. Я понял, что нам нужны не опенспейсы и кабинеты, а место силы. Теперь у нас отдельное здание. И все — по-домашнему. Мы пока обживаемся, но я уже чувствую, что стало уютнее.

— 2020-й стал годом перемен для всего мира и для Беларуси в частности. Для ИТ-сферы он тоже был непростым. А для BelHard?

— 2020-й был сложным. Но плохим его однозначно не назовешь. Были как проблемы, так и успехи.

Даже в кризис ИТ чувствует себя неплохо, несмотря на все «но», которых было предостаточно. Как говорится, будем живы — не помрем.
Конечно, объективно могу сказать, что рынок сократился — сделок стало меньше, клиенты думают дольше, ищут подешевле. Рейты упали — в среднем с $ 40 до $ 25 за человеко-час.

Естественно, встал вопрос: а как за эти деньги выполнять заказы и делать проекты? Хорошие программисты, как ни крути, стоят дорого.

И мы нашли для компании два способа:

Первый — повторное использование кода без нарушения авторских прав. Любая программа на 80% уже написана. Осталось только разобраться с тем, как состыковать «куски» кода, чтобы они вместе могли составить новый продукт. То есть мы создаем что-то вроде биржи полуготовых решений. Приведу пример. Допустим, вы написали CMS за $ 10 000. Но ее можно использовать и для других проектов, если она написана по универсальным законам. Тогда получается такой продукт-конструктор. Можно продавать эту написанную CMS в 20 разных компаний по цене в $ 8000. Клиент сэкономил, а мы — заработали.

Второй — подбор персонала под «проектную» загрузку. Например, у нас есть специалист по безопасности. Но он нужен нам в офисе только на несколько дней. Мы нанимаем его в штат, но при этом «выставляем» на биржу труда как рабочую единицу на временную занятость. Формируется полувиртуальная команда. Для специалистов создается диаграмма загрузки — на ней отмечено, когда и какие специалисты, какого качества и на какое время вам понадобятся. Проект раскладывается на маленькие отрезки. Пока эту систему мы только вводим. Но в перспективе ожидаем, что таков будет вообще весь рынок труда.

Еще один вызов 2020 — начала 2021 года — нехватка качественных кадров: подготовленных, профессиональных, инициативных. Но наша ИТ-академия обеспечивает нас «свежими» ребятами. Поэтому недостаток топ-сотрудников мы компенсируем. Можем делать проекты без потери качества и даже за меньшую цену — так и остались конкурентоспособны.

— Нехватка ИТ-кадров связана с тем, что многие айтишники уехали из Беларуси, компании релоцировались? Ощущается ли это на белорусском ИТ-рынке?

— Честно говоря, отток был незначительный. Да, Беларусь потеряла несколько действительно перспективных компаний. Но в общих масштабах — не страшно. То есть, конечно, жаль, что так происходит, но это не смертельно.

Айтишников в ПВТ — около 70 тыс. А в целом по стране — около 200 тыс. человек работает в ИТ. Если рассматривать самые смелые оценки, уехало около 15%. Другое дело, что в числе тех, кто уехал, были очень сильные специалисты.

Но свято место пусто не бывает. У нас много умных людей с небольшими зарплатами.

И многие переучиваются, развиваются и «входят» в ИТ. Конечно, им нужно какое-то время, чтобы дорасти до уровня тех, кто уехал. Но этот пробел обязательно заполнится. Просто потому, что ИТ — интересная, востребованная, высокооплачиваемая отрасль. Туда постоянно идут кадры.

Сохраняется основа — школа подготовки кадров. Даже если человек уехал в Польшу или Канаду, он какое-то время поддерживает связь с Беларусью, со своими коллегами и компанией. Часто ребята предлагают нам свою экспертизу — они готовы передавать знания.

К тому же я уверен, что многие еще вернутся в Беларусь. Просто должен пройти этот самый напряженный и сложный период.

— Думаете, что айтишник, поживший, например, в Польше захочет через какое-то время домой?

— Даже если отбросить тоску по дому и все эмоциональные связи, в этом есть простая финансовая логика. В Польше у программиста только личный доход облагается налогами в размере 32%. Это много!

Таких условий, как в ПВТ, нигде нет. Ни в Австралии, ни в Новой Зеландии, ни на Каймановых островах!

В Украине есть планы создать нечто похожее на ПВТ. Но пока это только планы. Пока там даже большие компании работают как «наборы ИП».

Все же компаниям, которые работают по аутсорсинговой модели, с точки зрения налогов в Беларуси лучше всего.

— Но подоходный налог для резидентов ПВТ все-таки подняли до 13%. Уже не так сладко. В любой момент могут измениться условия. Это не заставило задуматься о будущем ИТ-сферы в Беларуси?

— Задумываться — это даже хорошо, это полезно. Надо чаще задумываться о будущем в целом.

Да, немного тревожно от того, что условия для ПВТ должны были быть неизменными, но все-таки изменились.

По той информации, что у меня есть, остро стоял вопрос даже о закрытии ПВТ по политическим причинам. Поэтому повышение налога с 9 до 13% — еще малой кровью отделались.

Может, это непопулярная позиция. Я очень переживаю за людей и за все происходящее. Но политики приходят и уходят, а народ остается, и ему нужно жить. Я против того, чтобы для достижения политических целей разрушали белорусскую экономику.

Люди остались без работы, кто будет кормить их семьи? Политика политикой, экономика экономикой!

Добиваться политических целей, сделав людей нищими, — это неправильно. И если программисты и айтишники переживут, то что делать тем, у кого зарплаты сильно ниже?

Поэтому я очень скептически настроен ко всякого рода бойкотам и забастовкам, остановкам предприятий, саботажу… К сожалению, суровая реальность такова: если сегодня остановить белорусский калийный комбинат, завтра вместо него продукцию на рынок начнет поставлять российский «Уралкалий».

Все наши производства находятся в конкуренции. Восстановить позиции на рынке сбыта будет невозможно. Это приведет к долгосрочной нищете и миграции. Я такую цену не готов платить. Это неправильно. Изменения должны происходить эволюционно.

— Вы сами много лет вынашивали идею, которая должна была изменить белорусский рынок труда. Это «ИТ-страна», в которой до 2 млн белорусов работает в цифровом формате на аутсорсинге. В чем суть?

— Идея появилась еще в 2008 году. Тогда стало понятно, что в Беларуси есть острая нехватка программистов. А система образования не была приспособлена к тому, чтобы оперативно и качественно их готовить. Возник вопрос: если мы хотим расти в ИТ-сфере, то где брать кадры?

Во мне загорелся здоровый энтузиазм. Я видел, что в стране есть толпы, например, бухгалтеров. И если потратить немного ресурсов, заручиться поддержкой законодателей, то можно переучить их для работы за компьютером на самых разных уровнях: кого-то программистами, кого-то тестировщиками.

Я начал изучать опыт Индии. Видел, как они буквально за несколько лет стали лидером мирового аутсорсинга.

Представил себе: а что если в Беларуси будет 300 тыс. айтишников? Тогда эта цифра была астрономической. Сейчас — почти реальность.

Несколько раз я предлагал чиновникам и топам других ИТ-компаний свое видение. Многие вроде как соглашались и интересовались, но до реальных дел не доходило.
К 2012 году мои взгляды поменялись. Я понял, что растить нужно не только ИТ-кадры. Нужно вкладывать в развитие сферы аутсорсинга бизнес-процессов. То есть работа за компьютером (не обязательно программистов) — это тоже перспективное направление.

С тех пор я и заявляю, что в Беларуси до половины работающего населения может быть занято именно в сфере аутсорсинга бизнес-процессов — об юристов и бухгалтеров до переводчиков. Все они могут работать в Беларуси на компании из других стран, привлекать в страну валюту и жить здесь достойно.

Мы можем стать первой в мире страной, где люди будут «эмигрировать, не уезжая». Белорус может работать на «Газпром», Sony или Microsoft, оставаясь в Молодечно.

— Но реализовать идею не получалось много лет. Почему?

— Я определил три ключевых составляющих создания «ИТ-страны»:

И если с интернетом в Беларуси все неплохо и развитие идет постоянно, то с законодательной базой и образованием для профессиональной подготовки — сложности.

Нам нужно принципиально менять систему образования. Отходить от концепции массового получения высшего образования и давать обучение по востребованным специальностям на краткосрочных курсах. Идти в вуз после школы — совершенно бессмысленная история. У нас в стране остро нужна система непрерывного образования через курсы.

А для того чтобы изменить правое поле, нужно переписать сотни различных нормативно-правовых актов. Так как многие документы взаимосвязаны между собой, то речь идет о переработке тысяч элементов законодательной базы.

Я продвигал идею «ИТ-страны». Ходил к чиновникам, сумел добиться, чтобы меня выслушали. Мы даже проводили регулярные встречи. К сожалению, никакого движения не было вообще.

Я столкнулся с формализмом, где многие мероприятия проводились для галочки.

Любые инициативы принимаются так долго, что теряют всякий смысл за время рассмотрения.

— Как думаете, почему идею не поддержали?

— Меня часто упрекали в том, что своим таким видением я подрываю веру в белорусскую промышленность. Но все мы понимаем, что ее масштабы будут уменьшаться. Сейчас мы уже не поспеваем за Китаем, который выпускает продукцию быстро и качественно по очень низким ценам.

Но у нас есть перспективы в другом! Мир сегодня насыщен хайтек-решениями. Наша ниша — это наукоемкая малотиражная продукция: медицинские и научные приборы, роботы. То есть промышленность может существовать, но она тоже должна соответствовать реалиям рынка. А мы цепляемся за предприятия, которые выпускают неликвид.

И, к сожалению, вынужден признать, что часто у нас инициативные люди — как белые вороны. По себе сужу — у многих чиновников встречи со мной вызывали опасения, что будут проблемы.

Все боятся, что за какие-то действия без разрешения — накажут. А если ничего не делать, то вроде и не страшно. Может, тоже накажут, но не так сильно.

Я наивно полагал, что есть умные люди, они все поняли, подхватили и начнут двигаться. Не получилось…

— Потом вы решили справиться своими силами?

— В 2018 году я создал группу «ИТ-страна» в Facebook и начал собирать людей, которые готовы были бы учиться, чтобы менять специальность и работать на аутсорсе. Мне казалось, что эта идея жизнеспособна, но практика показала, что нет.

Это связано было с тем, что экономическая ситуация настолько сложная, что людям нужно выживать — им не до образования. Мы собрали всего 60 человек, хотя я рассчитывал на две тысячи.

И столкнулись с тем, что люди не понимают сути. Они хотели ИТ-образование и трудоустройство в крупную компанию. Я же подразумевал, что они получают специальность, с которой могут работать на аутсорсе через компьютер. Это и копирайтеры, и дизайнеры, и переводчики — все, кто может оказывать услуги в цифровом виде. И трудоустраиваться им не нужно! Они работают как ИП, как фрилансеры и сами находят работу в иностранных компаниях или выбирают заказы на биржах.

Вышло так, что люди не поняли идею. Они заваливали нас десятками однотипных вопросов — я просто устал объяснять.

Это и была моя ошибка. Я считал, что люди, если дать им инструменты, начнут двигаться. Что все начнет крутиться само по себе. Нет! Так не работает.

— Недавно вы писали в соцсетях, что реанимируете «ИТ-страну». То есть вас и этот опыт не остановил?

— Прошло два года в режиме полутления. Экономика страны в 2020 году начала предсказуемо сокращаться. Люди начали терять работу и высвобождаться, возникла угроза массовой эмиграции в соседние страны. И я говорю не только про ИТ-специалистов, а в целом про белорусов. Появилась реальная угроза будущему страны.

Всем говорю: «Если вы не хотите через десять лет получать пенсию $ 50 и разговаривать со своими внуками только через Zoom, начинайте делать что-то сейчас».

И для себя я тоже понял: вести проект, раз уж я в него верю столько лет, несмотря ни на что, нужно самому. Если не получается на энтузиазме, значит, мы создаем чисто коммерческий проект. И я начал действовать.

Исходил из потребностей человека. У него — нет знаний, нет компьютера и интернета. То есть просто нет возможности начать работать на аутсорсе. Может ли BelHard дать человеку ноутбук, доступ в интернет и обучить? Думаю, что да.

В штат компании BelHard мы стали нанимать так называемых кураторов проекта «ИТ-страна». Это ребята, которые живут в регионах и будут продвигать и развивать инициативу. На данном этапе все они, по сути, продавцы. Их задача — продавать или сдавать в аренду местным заинтересованным людям средства для удаленной работы: ноутбуки, пакеты высокоскоростного интернета, обучение на курсах по различным специальностям.

Сейчас у нас есть 30 таких кураторов. Мы платим им небольшой оклад и предлагаем процент от продаж.

Также мы договорились с пятью ведущими поставщиками компьютерной техники — они продают нам ноутбуки по ценам ниже рыночных. Их мы сдаем в аренду, ремонтируем и можем обновлять, исходя из потребностей человека.

Также мы пообщались с интернет-провайдерами и готовим к выпуску так называемые тяжелые пакеты интернета «ИТ-страна». Они обеспечат такое соединение, чтобы можно было комфортно работать на компанию из любой точки мира. Переговоры еще не завершены, но готовность к сотрудничеству мы видим.

И последняя составляющая — курсы. У нас есть ИТ-академия, которая организует 2-месячные курсы по 40 специальностям. Обучаем не только под ИТ-профиль, но и, например, бухгалтеров и юристов, которые могут работать на аутсорсе. Чтобы обучение было доступно людям из регионов, мы запустили программы, которые стоят, например, по $ 200. С них можно стартовать, найти работу и продолжить обучение на более высокооплачиваемые специальности.

Имея все инструменты для работы (знания, технику и интернет), человек может сам оформить ИП или скооперироваться со знакомыми и запустить организацию по УСН. Налоговая нагрузка при таких видах деятельности невысокая. А так как работать человек будет на иностранные компании, то НДС ему платить не нужно.

— А зачем это самой компании BelHard? В чем выгода?

— Ну, во-первых, все-таки за курсы, аренду ноутбуков и пакеты интернета люди платят, пусть и небольшие суммы. Пускай медленно, но верно будет создаваться сеть дилеров и представительств BelHard по всей стране, способная выполнять задачи проекта «ИТ-страна». Тактически проект — коммерческий, а стратегически — еще и социальный.

Во-вторых, мы инвестируем в имидж компании. Это же хорошая реклама — мы делаем полезный проект. Растет доверие к нам как к профессионалам.

В-третьих, тестируются пилот проекта и его сервисы, способные масштабироваться на миллионы человек. Такие сервисы, объединенные в единый проект, усиливают друг друга за счет эффекта синергии. Значит, мы усилим все свои текущие направления деятельности.

В-четвертых, проект — это шаг вперед в плане капитализации. Рыночную цену проекта может нарисовать ваша фантазия. Уже сейчас к нему проявляют интерес финансовые институты, способные своим участием ускорить ход его реализации. В частности, это банки БелВЭБ и Евразийский Банк Развития. Для последнего желательна трансформация проекта в «ИТ-Союз» и его равномерное развитие во всех странах ЕАЭС.

Но даже только с нашими собственными силами проект должен показать первые значимые результаты к осени 2021 года.

Деньги от государства нам не обязательны, но его помощь в других моментах — не помешала бы. Однако учитывая, что в своей основе это самоокупаемый и самораскручивающийся проект, верим, что отсутствие помощи со стороны чиновников, которые дружны с бюрократией, его не остановит.

Подпишитесь на канал EX-PRESS.BY в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Конвертер

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Общество
Прокурор запросил 12 лет колонии за наезд на BMW 11 августа на военнослужащих
Новости Жодино
В Жодино кошка-сфинкс подружилась с пушистым котенком. Фотофакт
Общество
Врач-инфекционист рассказал, чем отличается третья волна коронавируса и когда ждать пик заболеваемости
Общество
Дмитриев: «Меня удивляет, насколько сам Лукашенко верит в то, что его декреты могут работать без него!»
Общество
«Репортеры без границ»: Беларусь — самая опасная страна в Европе для журналистов
Новости Жодино
В Жодино будут судить парня, который поджег «Табакерку»
Экономика
Работники «Коммунарки» сообщают про увольнения. Они думают, что это из-за задержаний и арестов
Общество
В Чаусах судят бывшего чиновника, который в прошлом году поддержал Бабарико
Технологии
В WhatsApp появилась новая мошенническая схема с розовой темой
Экономика
Доллар и российский рубль продолжают стремительное падение
ВСЕ НОВОСТИ