В мире

Шаг, которого Путин от Трампа не ожидал

Про эскалацию конфликта между США и Ираном и его возможные последствия рассуждает обозреватель русской службы Радио Свобода Ярослав Шимов.

07 января 2020, 20:46
1293
В мире www.svaboda.org
0

Про эскалацию конфликта между США и Ираном и его возможные последствия рассуждает обозреватель русской службы Радио Свобода Ярослав Шимов.

— Уничтожение американскими военными командира элитных иранских военных частей генерала Касема Сулеймани уже несколько дней остается главной международной темой, из Тегерана и из Вашингтона не прекращаются взаимные угрозы, а возможные последствия некоторыми комментаторами рисуются в самых апокалиптических красках. Проводится параллель с убийством в Сараево в 1914 году эрцгерцога Франца Фердинанда — не самой последней, но и не самой главной фигуры в тогдашнем мире, что, однако, вызвало катастрофические последствия глобального характера. Ярослав, Вы — автор публикаций и книг по истории Австро-Венгерской империи — считайте справедливым такую ​​параллель?

— Что касается значения Франца Фердинанда, то все же он был человек, который (с учетом, что тогдашний император был очень стар, ему было 84 года), вот-вот должен был стать главой государства. Государство это хотя и пятым номером, но все же входило в пятерку великих европейских держав. Так что событие это было значительным. Но нынешнее событие я бы так напрямую к сараевскому убийству не приравнивал, по той причине, что тогда ситуация заключалась в противостоянии двух блоков великих держав, которые были полностью сопоставимы по силам. С одной стороны — Франция, Великобритания, Российская империя, с другой — Германия, Австро-Венгрия, позже к ним присоединилась Османская империя и последней — маленькая Болгария.

В нынешней ситуации — другое. Во-первых, мир сильно изменился, конечно. В нынешнем мире такие войны, какой была Первая, да и Вторая мировая война, с миллионными армиями, которые зарывались в землю, в окопы и стреляли одни в других, или, если говорить о Второй мировой, с тысячами танков и маневрами на огромных пространствах, — таких войн уже не ведется.

Новое время — новые способы ведения войн

Вот то, что произошло с ликвидацией генерала Сулеймани, это как раз довольно типично для последних десятилетий, в том смысле, что это убийство на расстоянии. Гаврило Принцип стрелял в Франца Фердинанда с небольшого расстоянии, и он лично готов был за это заплатить жизнью — или смертью на месте покушения, смертью позднее, что с ним в действительности и произошло (на момент убийства эрцгерцога ему не было 21 года, он считался несовершеннолетним согласно законам Австро-Венгерской империи, которая была правовым государством, и даже убийцу наследника трона не могли приговорить к смертной казни. Он умер в тюрьме от туберкулеза).

Если говорить об убийстве иранского генерала, это — классическое убийство на расстоянии. Таким образом был ликвидирован в 1996 году тогдашний лидер чеченских сепаратистов Джохар Дудаев. Другие подобные события также в практике спецслужб, в практике военных разных стран время от времени случаются, и вовсе не обязательно они вызывают какие-то катастрофы, тем более глобального масштаба.

Но серьезные последствия, безусловно, будут. Я не верю, что будет мировая война в первую очередь потому, что соперники несопоставимы. Иран важная, крупная страна, но все же — на региональном уровне, не является ядерной державой, много параметров, которые существуют в США, отсутствуют у Ирана. Поэтому я бы такой алармизм не поддерживал, но безусловно, какие-то последствия будут.

Мы не знаем, что сейчас происходит в Тегеране в верхах Исламской республики Иран, как они обсуждают свои планы мести, но я бы очень удивился, если бы гибель настолько важной персоны (а в неофициальной иранской иерархии Касема Сулеймани называли человеком № 2 после духовного лидера Ирана Али Хаменеи), осталась без вариантов ответа со стороны Ирана.

Первый реально рискованный шаг Трампа

— Таким образом, мировая война — нет, но локальная война, масштаба вроде той, что мы наблюдали в Ираке в 2003, когда был уничтожен режим Саддама Хусейна, выглядит реальной. Тегеран уже заявил, что будет ответ, и будет военный ответ. Дочь генерала Сулеймани на похоронах отца посоветовала родителям американских военных также готовиться к захоронению их детей. С большой долей вероятности можно ожидать удара по военным объектам американских, возможно, по другим, но удар будет. И Трамп уже предупредил, что ответом с американской стороны будет удар по 52-м иранским объектам, в том числе и важных для иранской культуры.

— Да, но я бы еще обратил внимание на два фактора. Насчет 52 объектов госсекретарь Помпео мгновенно снизил пафос заявления Трампа, сказав, что по объектам культурного наследия, которые фактически находятся в Иране, но в смысле культурном принадлежат всему человечеству, удары наносится не будут. Это понятно.

У президента Трампа, и все мы к этому привыкли, чуть такая эпатажная манера заявлений. Ему надо сказать максимально громко, но потом в действиях своих Трамп не проявлял себя как сумасшедший, как человек совершенно безответственный. На самом деле, уничтожение генерала Сулеймани — фактически первый реально очень рискованный шаг Трампа с момента прихода его к власти.

До этого момента он вел себя не совсем соответственно своим громким угрозам. Хотя следует признать, что в то же время даже риторика его иногда имела последствия, как, например, упреки в сторону союзников по NATO, которые мало платили в бюджет альянса, и в итоге они все же начали платить. А в этом случае это действительно первый рискованный шаг. Хотелось бы надеяться, что в окружении Трампа есть лица, которые просчитывали различные возможности последствий такого шага. Но с другой стороны, таким заявлениям, как насчет 52-х объектов, я не очень верю, потому что конечно, какие-то объекты могут подвергнуться ударам, но это не будут памятники иранской и мировой культуры. Это скорее риторика, о чем и дал понять госсекретарь Помпео.

А второй момент — это заявление лидера группировки «Хезболла», ливанской шиитской группировки, которая действует, как это принято говорить, прокси, то есть щупальцами Ирана в Ливане и на границах с Израилем. Группировка «Хезболла» считается большинством западных стран террористической группировкой и ею, по сути, исходя из ее деятельности и является. Ее лидер милостивым дедушкой не является по определению. Но он отдельно сказал, что да, надо бить, и будем бить по военным объектам, но не должны заплатить за это обычные люди. Конечно, ему верить тоже не стоит на сто процентов, может быть все что угодно. Но такие, так сказать, ограничители, с обеих сторон, все же, видны.

И то, что дочь погибшего генерала обратилась именно к родителям американских солдат, также показывает, что Иран будет в своих возможных действиях более или менее удерживаться от какого-то тотального террора, который в масштабах региона у него, надо думать, есть возможности организовать.

Что касается военных объектов и вообще американских войск в этом регионе — да, их ждут очень опасные времена.

Предупреждение другим режимам

— Для Беларуси как минимум один отрицательный результат эскалации конфликта есть: госсекретарь Помпео отменил свое турне, во время которого намеревался посетить и Минск, что воспринималось как жест поддержки независимости Беларуси на фоне стремления Кремля к так называемой углубленной интеграции. Независимо от того, как будет дальше, мы видим, что событие существенно отразилось и на котировках акций, и на росте цен на нефть. Не нужно быть оракулом, чтобы предвидеть, что нефть и дальше пойдет наверх. Уже слышатся прогнозы, что это не очень затронет США и Россию, так как они в топливно-энергетическом смысле самодостаточные страны, а вот для Евросоюза и Китая это может быть действительно ударом. Не будем идти далеко, к Китаю, посмотрим на соседку Беларуси и ее руководство. Ярослав, это на руку Путину?

— Я думаю, здесь однозначного ответа нет. Ведь с одной стороны, рост цен на нефть, энергоносители, это дополнительные деньги в российский бюджет. Так было и так еще долго будет. Но с другой стороны, с политической, я бы не сказал, что в Москве очень довольны тем, что произошло, поскольку с Ираном Москва в последние годы укрепляла отношения, даже на фоне сирийского конфликта. Сложился такой треугольник — Россия, Турция и Иран, в рамках которого на фоне ослабления позиций США шел довольно активный диалог. Здесь нельзя говорить о союзе, но можно говорить о тесном тактическом взаимодействии. А генерал Сулеймани был главный стратег Ирана на сирийском направлении. И вряд ли в Кремле довольны тем, что такая фигура с этой шахматной доски исчезла.

Кроме того, такой решительный удар, который сделала Америка, есть и предупреждением другим режимам. Я не говорю, что США способны на что-то подобное относительно кого-то из близкого окружения Путина, это было бы уже как-то слишком, и учитывая что Россия ядерная держава, это вообще выглядит нереальным сценарием абсолютно. Но это показатель, что Вашингтон по-настоящему готов идти достаточно далеко, когда затронуты его интересы и если руководители США считают, что эти интересы следует жестко защитить. Такая ситуация возникла после недавних нападений шиитских группировок на американское посольство в Тегеране — пожалуйста, вот результат. Этого, мне кажется, от Трампа не ожидали. Не ожидал этого, скорее всего, и Путин.

— Иными словами, Трамп показал, что может действовать не так, как Обама во времена аннексии Крыма, когда был проигнорирован Будапештский меморандум, согласно которому США гарантировали суверенную целостность Украины взамен за вывод ядерного оружия.

— Сам стиль отношений Вашингтона и Москвы в период Трампа очень сложный. Трампа постоянно подозревают в каких-то симпатиях к Путину, а в то же время его администрация полна людей, которые чрезвычайно жестко относятся к Кремлю. С третьей стороны, в Конгрессе также большинство относится к Москве негативно, принимаются законы, резолюции и санкции. При «доброжелательном к Кремлю» Трампе целая серия санкций введена, которой при Обаме не было. То есть, можно это трактовать так, что эта администрация готова вести жесткую политику.

Есть второй момент, но это другая тема, довольно широкая, насколько Трампу важна и нужна Россия, насколько она высоко находится в его внешнеполитических приоритетах. Вполне возможно, что он не стремится к жесткой конфронтации с Россией, пока она сама такую ​​конфронтацию не вызвала, просто по той причине, что ему важнее другие направления: торговая война с Китаем, которую он ведет достаточно уверенно и успешно, вот сейчас конфронтация с Ираном. И нет необходимости обострять отношения с Россией в настоящий момент. Но если Россия сама начнет их обострять — то имеет достаточно ясное подтверждение, что в Вашингтоне жесткая администрация.

Сергей Наумчик, Радио Свобода

Обсудить в чате
Подпишитесь на канал EX-PRESS.BY в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Конвертер

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
В мире
По улицам ливийской столицы с триумфом возили трофейный «Панцирь» российского производства
Общество
Блогер Тихановский прикрепил себе на машину гигантский тапок. ФОТО
Политика
Цепкало ответил избирателям на вопросы о налогах, коррупции, медицине, армии
Общество
В инициативной группе претендентки Натальи Кисель пообещали 1 евро за собранную подпись. Законно ли это?
Общество
Лукашенко пригрозил авторам Telegram-каналов, которые «цепляют власть за что попало»
Политика
Карбалевич: как Лукашенко пытается вернуть внимание общества к себе
Общество
«Не хотел бы предавать огласке особенности сделки». Как и кто приобрел дом Цепкало?
Политика
Канопацкая просит помочь материально, потому что у нее «нет денег Москвы и финансовых ресурсов диктатуры»
Политика
Дракохруст: зачем Лукашенко менять правительство? Версия «твердой руки»
Экономика
В Белорусском Полесье открыли новое месторождение нефти
ВСЕ НОВОСТИ
Loading...